Статьи

Чушь собачья, или как гниют кедры

Хищения интеллектуальной собственности в России происходят сплошь и рядом

На прошедшей неделе закончились мытарства пермского директора школы г-на Поносова. Закончились они, как только прозвучала фраза из уст президента, что, мол, из-за того, что кто-то купил какие-то компьютеры, хватать людей — это чушь собачья.

А начались действительно из-за того, что предустановленное программное обеспечение на школьных компьютерах было контрафактным, хотя, как все уверены, г-н Поносов не ведал об этом ни сном, ни духом. От всей этой шумихи больше всего выиграла компания Microsoft, которая хотя и собиралась остаться беленькой и пушистенькой, всячески отказываясь от подачи иска против бедного учителя, но, очевидно, злорадно потирала руки в преддверии массовых закупок лицензионных программных продуктов перепуганными пользователями.

Оправившись от антимонопольного преследования Била Гейтса, которому грозило даже разделение компании, Microsoft серьезно взялась за российский рынок, объединив свои усилия с правоохранительными органами, начавшими проверку персональных компьютеров. Такой нажим сулит американскому лидеру экономики выручку около $7,8 млрд только на территории России и только за счет одного программного пакета Microsoft Office. И все это могло бы произойти уже в 2007 году. Но не произойдет, после того как известная русская идиома слетела с уст первого человека страны. Тем не менее никто не отрицает, что защита интеллектуальной собственности и интеллектуального продукта чрезвычайно важна. Без нее невозможна полноценная рыночная экономика.

Наше вступление в ВТО, которое все же может произойти, неминуемо приведет к ускорению процессов законодательной защиты интеллектуальной собственности. Конечно, еще много в этой области проблем. Например, в отличие от стула, который купили, программный продукт, купленный вами, не может быть передан другим лицам, потому что его обладание связано лицензионным соглашением, выписанным на ваше имя.

А это неправильно, такой подход не дает развиваться компаниям в холдинге, где сегодня конкретный программный продукт нужен одной структуре, а завтра другой. Чтобы соблюсти закон, программу должны приобретать оба субъекта, и неважно, что одному из них она больше не нужна. Считаем, что в российское законодательство должны быть внесены соответствующие изменения, чтобы стимулировать оборот программного продукта, как и обычного товара. Что касается защиты других продуктов интеллектуальной собственности, то наша газета уже много раз писала на эту тему. Наша позиция такова, что бизнес многих компаний основан именно на собственных интеллектуальных решениях, будь то в области проектирования, или маркетинга, или особого способа управления персоналом. В конце концов, любое конкурентное преимущество — это интеллектуальный продукт. Даже если у тебя есть уникальный станок, ты не победишь на рынке, не зная, как его применить.

Соответственно, жизненно необходимо массовое внедрение в сознание правоохранительных органов — МВД, ФСБ, прокуратуры — важность и безусловность защиты интеллектуальной собственности, в первую очередь относящейся к объектам коммерческой тайны. И силовые структуры должны не только обслуживать интересы Microsoft, вынимая душу из школьных учителей, но и стоять на страже интересов отечественных производителей, помогая им решать задачи по выстраиванию здоровой экономики и грамотной экспортной политики.

Не секрет, что сегодня разведки многих стран сосредоточены не на политических, а на коммерческих и технологических секретах. Им важнее знать, как идут разработки термоядерного синтеза, чем то, о чем думают Борис Грызлов или Сергей Миронов, хотя их мысли тоже дорогого стоят.

Для защиты интеллектуальной собственности в России есть соответствующая законодательная база, в том числе и в виде Федерального закона «О коммерческой тайне» (98-ФЗ от 29 июля 2004 г .).

Однако большинство следователей и прокуроров на местах боятся его применения как огня, не понимая, как, собственно, оценивать коммерческую тайну и объекты интеллектуальной собственности. Один из последних примеров такой заторможенности — желание окружной прокуратуры Юго-Восточного административного округа и межрайонной прокуратуры Люблино г. Москвы разделить дело о краже компьютера с делом о краже интеллектуальной собственности, находящейся в этом компьютере и содержащей коммерческую тайну. Вся кутерьма заварилась из-за желания группы «Кедр89-Пензхиммаш» захватить нишу проектирования и производства оборудования для переработки газа, чем эта группа ранее никогда не занималась. Проведя квази-рейдерскую операцию, группе «Кедр89» удалось запугать и перекупить часть сотрудников лидера отечественного газохимического инжиниринга. При этом инициатору захватнического проекта г-ну Авилову А.Э., возглавляющему сегодня институт группы «Кедр89», имеющий замысловатую аббревиатуру НИКТИНиСМ, удалось при уходе прихватить компьютер, содержащий информацию, носящую все признаки коммерческой тайны. Стоимость этой информации составляет $1,5 млн и очевидно несопоставима со стоимостью компьютера.

С учетом того, что факт кражи зафиксирован на видеокамеры наблюдения, и есть многочисленные свидетели, благодаря грамотным оперативным действиям ОВД «Люблино» прокуратура Люблино не могла не возбудить уголовное дело. Однако присовокупление к нему факта кражи коммерческой информации никак не состоится, несмотря на то что в украденном компьютере содержались материалы по выполненным и реализуемым контрактам для ОАО «Газпром», НК «Роснефть», а также закрытых структур, выполняющих заказы для Министерства обороны.

При этом сам факт исчезновения материалов и передача их третьим лицам способен поставить под удар программу освоения Ямала, над определенными аспектами которой работала по заказу газпромовских структур инжиниринговая компания, у которой сотрудниками группы «Кедр89» была несанкционированно позаимствована вся информация по данным проектам.

Это один из свежих примеров. Уверены, что по России хищения интеллектуальной собственности, особенно в связи с недостаточной урегулированностью вопросов переходов и увольнений сотрудников, происходят сплошь и рядом. Также мы убеждены, что если правоохранительные органы будут так же рьяно защищать российские компании, как они защищают Microsoft, полный порядок в вопросе защиты интеллектуальной собственности и коммерческой информации можно будет навести максимум за год.

Георгий Кириллов


Институт развития прессы 2010 © FinS.ru