Статьи

Надзор за катастрофами

Риск техногенных катастроф в России в десятки раз выше, чем в развитых странах

Можно ли в России уменьшить риски техногенных катастроф? Или противостоять техническим рискам в условиях недофинансирования основных фондов уже невозможно? Ответы на эти вопросы депутаты Госдумы будут искать в рамках «правительственного часа» 6 июня. В этот день с докладами перед парламентариями выступят: главный государственный инспектор по пожарному надзору Геннадий Кириллов, руководитель Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору Константин Пуликовский, а также руководитель Федеральной службы по надзору в сфере транспорта Геннадий Курзенков. Тема «правительственного часа» — о мерах по увеличению эффективности контрольных и надзорных функций за обеспечением пожарной, экологической, технологической, атомной и транспортной безопасности.

По данным МЧС, частота чрезвычайных ситуаций, приводящих к поражению людей, в России от 10 до 100 раз выше, чем в других промышленно развитых странах. При этом экономический ущерб от аварий и катастроф составляет в России от 3 до 5% ВВП. А уровень производственного травматизма с летальным исходом в России в 5-8 раз выше, чем в экономически развитых странах. При этом за последние десятилетия так и не удалось добиться устойчивого сокращения количества техногенных катастроф.

 

Какое место занимает Россия в международных сопоставлениях показателей техногенных аварий и катастроф?

Состояние техники и оборудования оказывает определяющее влияние на количество технологических аварий и уровень производственного травматизма с летальным исходом. Техническое перевооружение перерабатывающей промышленности за последние 20 лет снизило смертельный травматизм на производстве в Японии более чем в 4 раза, в США — в 2,5 раза, в Великобритании и Германии — в 2 раза, в Италии и Франции — в 1,5 раза. Ничего подобного в России не наблюдается. Между тем, по оценкам специалистов Московской, Липецкой областей и Краснодарского края, на предприятиях этих регионов профессиональные заболевания возникают в 60-65% случаев по причинам несовершенства технологических процессов, конструктивных недостатков машин и оборудования (эти данные приводит советник аналитического управления Совета Федерации Валентин Роик).

По данным аудитора Счетной палаты Михаила Суркова, сегодня в России в год возникает более тысячи чрезвычайных ситуаций, причем две трети из них имеют техногенный характер. В 80-х годах прошлого века Госкомиссия по чрезвычайным ситуациям СССР фиксировала около 230-260 чрезвычайных ситуаций (ЧС) техногенного характера. В 1992 году в России было зарегистрировано уже 769 ЧС, а в 1995 году их число достигло максимума — 1088. После этого количество чрезвычайных ситуаций техногенного характера слегка снизилось и стабилизировалось на уровне 600-800 в год.

 

В чем причина сохранения в России высоких технологических рисков?

Одни из главных — это технологическая отсталость, отсутствие инвестиций, повышенный износ техники и ослабление надзорных структур. За девяностые годы инвестиции в российскую экономику сократились почти на 80%, что, естественно, сопровождалось прогрессирующим старением основных фондов и возрастанием технологических рисков. Примечательно, что острый инвестиционный голод сохранится в России и в ближайшем будущем.

В сценарных условиях развития на ближайшие три года Правительство России прогнозирует относительное повышение доли инвестиций в основной капитал с 16,6% ВВП в 2006 году до 18,5% в 2009 году. Однако на фоне развитых и развивающихся стран такой уровень инвестиций выглядит просто катастрофически низким. Так, например, в Китае доля инвестиций в основной капитал превышает 40% ВВП. А в Гонконге, Корее, Сингапуре, Тайване доля инвестиций в основной капитал превысила 31,1% ВВП. (Эти данные привел недавно министр финансов Алексей Кудрин).

 

Как избежать сговора надзорных органов с владельцами предприятий?

Но причина высоких техногенных рисков в России не сводится только к инвестиционному голоду. Дефицит ответственности и мотивации, а также широко распространенная коррупция не позволяют создать в стране эффективную инфраструктуру технологического надзора. Так, например, Кемеровская область вышла на первое место по объему инвестиций среди 19 регионов Сибирского федерального округа, а также добилась лучших показателей роста в промышленности за последние 15 лет. Новые владельцы угольных предприятий области вложили за последние годы в модернизацию шахт более 130 млрд рублей. Однако качественного изменения системы надзора в Кемерове не произошло. Именно поэтому массовые катастрофы следуют на шахтах Кузбасса одна за другой. По результатам расследования катастрофы на шахте «Ульяновская», где погибли 110 человек, губернатор Кемеровской области объявил, что причиной трагедии стала бездумная погоня за прибылью и умышленный вывод из строя системы безопасности шахты. После катастрофы на «Ульяновской» с гражданской службы уволены начальник горнотехнического отдела и еще несколько сотрудников управления Ростехнадзора по Кемеровской области.

Впрочем, одними увольнениями контролеров дело не ограничивается. Сегодня все чаще можно услышать о масштабной коррупции среди работников надзорных служб. Так, например, недавно к 7,5 года лишения свободы за получение взяток был приговорен начальник управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору по Ямало-Ненецкому автономному округу. Чиновник создал преступную группу, которая в течение нескольких лет получала крупные взятки от предпринимателей за выдачу лицензий, а также за лояльность надзорных органов. Следствием выявлено и доказано более 70 эпизодов преступления.

Михаил Сергеев


Институт развития прессы 2010 © FinS.ru