Статьи

Опрос. Как принцип территориальной целостности соотносится с правом нации на самоопределение?



В ходе прямой линии 25 октября 2006 г. Президент Российской Федерации Владимир Путин, отвечая на вопрос, касающийся ситуации в Грузии, сказал: «В международном праве есть некоторые противоречия. С одной стороны, говорится о необходимости соблюдения принципа территориальной целостности, и Россия придерживается этого принципа и в отношении Грузии, разумеется, и в отношении всех других стран. Есть и такое понятие в международном праве, как право нации на самоопределение, — и это тоже есть. Поэтому, несмотря на эти противоречия, мы должны искать выход из ситуации. Но конечно, мы будем внимательно следить за международными прецедентами, в том числе и косовскими».

– Как принцип территориальной целостности соотносится с правом нации на самоопределение?

– Возможно ли решение вопроса непризнанных государств — Абхазии, Южной Осетии, Приднестровья и Нагорного Карабаха — путем проведения в них референдума?

– Каковы должны быть дальнейшие шаги России в отношении Абхазии и Южной Осетии?

 


«Конфликты не возникают на пустом месте»

Геннадий СелезневГеннадий Селезнев,
член Комитета по промышленности, строительству и наукоемким технологиям, лидер Партии возрождения России

Очень трудно соотнести эти два принципа. Но благодаря тому, что они есть в международном праве, Европу и весь мир сегодня не приходится ежегодно кроить на новые царства-государства. Принцип территориальной целостности предполагает, что власть многонациональной страны умна и чутка ко всем настроениям представителей некоренных национальностей данной страны. Конфликты не возникают на пустом месте — они вызревают годами, обрастают своими историями, своей идеологией. И если их не замечать, приводят к взрыву, когда разум, логика и право не воспринимаются всерьез. После подобных взрывов нужны годы и годы терпеливой, обоюдно заинтересованной работы, чтобы достичь разумного компромисса в государственном устройстве.

Принцип права нации на самоопределение тоже понятен и описан международным правом. Референдум с постановкой вопроса о самоопределении возможен и будет поддержан международным сообществом лишь в одном случае — если он проводится во всей стране, а не в отдельном ее регионе.

В свое время я советовал властям Молдавии, Грузии и Азербайджана не держаться за унитарность своих государств, а искать компромисс в федерализме или даже в конфедерализме. Не прислушались и загнали конфликты далеко вглубь. Но как бы тяжело ни было, пускать в ход оружие и утверждать государственность на крови никак нельзя. Переговорная площадка, двухсторонняя или многосторонняя, всегда должна быть. Только так можно искать мирный, человеческий путь совместного проживания.

 


«В такой ситуации конфликт неизбежен»

Сергей ПоповСергей Попов,
член Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству

На первый вопрос ответ простой: принцип территориальной целостности и право наций на самоопределение — это конкурирующие принципы. Такое бывает. Например, две ценности — свобода и равенство — конкурируют между собой. И в любом государстве бывают времена, когда приоритетным становится равенство, а бывают — когда социальная справедливость. Отмечу, что принцип территориальной целостности применяется на практике каждодневно, а вопрос о праве нации на самоопределение встает иногда, причем обычно остро. В этом существенная их разница.

Референдум — это один из шагов решения вопроса. Воля населения того или иного территориального образования, несомненно, важна для дальнейшего определения его судьбы. При этом каждая из указанных территорий — Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье и Нагорный Карабах — имеют разное положение и разную историю. Полагаю, что и для России, и для Абхазии и Южной Осетии было бы полезным, если бы последние вошли в состав Российской Федерации. То же самое могу сказать и про Приднестровье. Конституция и федеральные законы это допускают. Когда Госдума принимала Закон о порядке вступления субъектов Российской Федерации, мы понимали, что на территории, где находится субъект, будут разные точки зрения: всегда будут люди, которые «за», и люди, которые «против». В такой ситуации конфликт неизбежен. Дальнейшие шаги в отношении Абхазии и Южной Осетии, конечно, должен делать Президент России. В этом плане у Владимира Путина и последующих президентов задача крайне сложная, потому что нужно делать такие шаги, которые бы не привели к появлению новых врагов. В частности Грузии. В любом случае для Грузии этот вопрос будет болезненным — вряд ли она захочет добровольно расстаться с Абхазией и Южной Осетией.

Хотя следует заметить, что их пребывание в составе Грузии тоже не бесспорно, поскольку в тот момент, когда произошло расщепление Советского Союза на части, с автономными республиками были определенные юридические тонкости. В том числе и с теми, которые находились в Грузинской Советской Социалистической Республике. Кстати, не случайно большая часть жителей Абхазии получила российское гражданство. Это говорит о многом.

С точки зрения российского законодательства, на мой взгляд, особых проблем по вхождению новых территорий в состав России не будет. Политику нашего государства определяет Президент и перед ним стоит сложная задача.

 


«Противоречие «рассасывается» и решение вызревает»

Иван МельниковИван Мельников,
член Комитета по образованию и науке, первый зампред ЦК КПРФ

Согласен с тем, что противоречие между принципом территориальной целостности и правом нации на самоопределение существует. Но есть международное право, а есть реальная политика. И в конкретной ситуации один из принципов становится доминирующим, перевешивает, и ситуация разрешается. Другое дело, что этот процесс порой занимает серьезный промежуток времени, пока противоречие «рассасывается» и решение вызревает.

Относительно Абхазии, Южной Осетии, Приднестровья, Нагорного Карабаха — ситуация движется именно в этом направлении. И со временем становится ясно, что доминирует здесь принцип права нации на самоопределение. Не в России, а именно в этих непризнанных государствах заложен катализатор процесса присоединения. И, безусловно, именно референдум, настоящий, а не подогнанный под волю властей той или иной стороны, является решающим фактором. После референдума, если решение положительное, нацелено на присоединение к России, нужно вырабатывать продуманный механизм реализации, который также потребует времени.

Если говорить конкретно об Абхазии и Южной Осетии, то КПРФ предлагает определенный алгоритм действий. Сначала нужно признать результаты референдумов о самостоятельности и независимости. Затем заключить с ними договор о взаимной помощи с военной статьей, из которой будет следовать, что в случае агрессии со стороны Грузии Россия окажет помощь. Наконец, следующий шаг — присоединение к России.

 


«Теоретически это так, но на практике…»

Юлий КвицинскийЮлий Квицинский,
первый зам. председателя Комитета по международным делам

Соотношение принципа территориальной целостности с правом нации на самоопределение — интересный вопрос доктрины международного права. С точки зрения практической политики он менее интересен, поскольку реальная политика может выстраиваться только исходя из комбинации различных принципов международного права. Причем в таком их соотношении, которое отвечает интересам государства на соответствующем этапе. Это значит, что можно когда-то выдвигать вперед принцип территориальной целостности, а в других условиях — право наций на самоопределение. С этой точки зрения надо подходить и к конкретной ситуации с Абхазией, Южной Осетией, Приднестровьем и Нагорным Карабахом. Хотя это вопросы не совсем однотипные.

По моему мнению, проведение референдумов в Приднестровье, Абхазии и Южной Осетии наглядно продемонстрировало, что пребывание этих территорий в составе бывших Союзных Республик в настоящее время является делом совершенно нереальным. Вряд ли эта ситуация изменится в обозримый исторический период, поскольку во всех трех случаях между спорящими сторонами пролегла кровь, имеется определенное отношение населения обеих сторон друг к другу. Отсюда, как мне кажется, референдумы, еще раз подтвердившие сложность ситуации, являются достаточной основой для того, чтобы начать делать из нее практические выводы. Они могли бы состоять в признании результатов референдумов и признании ныне непризнанных государственных образований. Возможно, следующий шаг — это заключение двухсторонних договоров с ними, включающих пункт об оказании взаимной помощи в случае агрессии со стороны третьих стран.

Вопрос о присоединении или не присоединении — об этом высказываются президент Владимир Путин и зампред правительства, министр обороны Сергей Иванов — сейчас не столь актуален. Надо действовать постепенно, взвешенно, изучая реакцию окружения. Так, чтобы не накалять обстановку, а постепенно приводить ее к нормальной ситуации. Что касается этих пока только теоретически признаваемых образований, то после указанных первых шагов были бы заданы определенные параметры их будущего развития. При естественном развитии обстановки мы придем к результату, о котором сейчас можем не спешить говорить.

В Федеральном законе о государственной границе прописано положение, когда присоединение какой-либо части какого-либо соседнего государства возможно только с согласия этого государства. Но там ничего не сказано насчет признания или не признания независимости — признание закон не запрещает. По поводу актуальности этого действующего закона полагаю, что это не оптимальный вариант подхода к вопросу. Попытки подправить этот закон уже предпринимались в Госдуме оппозицией, но были пресечены «Единой Россией», ссылавшейся на то, что изменение границ между государствами возможно только на основе взаимности и доброй воли. Теоретически это так, но на практике может происходить и иначе, о чем свидетельствует исторический опыт.

 


«Нужна сильная государственная воля»

Наталья Нарочницкая,
зам. председателя Комитета по международным делам

По моему мнению, нашего президента не совсем правильно ориентировали. Международное право не признает право наций на самоопределение вплоть до отделения. Это сейчас азбучная истина. В наших коммунистических учебниках так считали, но уже в Уставе ООН этот принцип международного права вошел исключительно в толковании как основание для деколонизации владений европейских держав. Право наций на самоопределение интерпретируется исключительно как право на культурно-национальную автономию. Ленинская же трактовка о праве наций на самоопределение вплоть до отделения не разделяется мировым сообществом, поскольку несет угрозу любому сложившемуся государству.

Только очевидные факты, доказывающие геноцид, могут поставить вопрос об отделение. В связи с чем, кстати, на Западе предпринимаются попытки показать, как «звероподобная» русская армия уничтожает «несчастных» чеченцев.

Единственная юридическая возможность, которая не создает при этом прецедента, это разматывание юридического клубка на момент выхода Грузии из СССР. Здесь появляется огромное количество юридических возможностей, поскольку были грубые нарушения. Не будем говорить о неконституционности права трех держав распускать Советский Союз. Но Союзная Республика, имевшая в своем составе автономии, обязана была, в соответствии с законом от 3 апреля 1990 года, провести отдельно по всем территориям референдум. И только в случае консенсуса провести уже другие процедуры по дальнейшему конституированию всей территории Союзной Республики в независимое государство. Я со всей ответственностью говорю: абхазы и южноосетины с полным основанием могут считать нынешний статус Грузии юридически не вполне безупречным, а территориальный статус не окончательным. Такой подход не дает никаких параллелей с Чечней, не закладывает «мину» под существование никакого государства. Полагаю, здесь политически неверно говорить о праве наций на самоопределение. Нужно говорить о том, каким образом после развала СССР Грузия стала независимым государством. Тогда мы обретаем необходимые юридические рычаги. Такая же ситуация с Молдовой и Приднестровьем.

Я была одним из соавторов законопроекта по механизму принятия в состав России других территорий. Его «заклевали» на начальном этапе рассмотрения объявив, что законопроект бросает вызов территориальной целостности. Думаю, что настанет момент, когда тема будет востребована. Но для этого нужна сильная национальная государственная воля.

 


ИСТОРИЧЕСКИЕ ЦИТАТЫ

 

«Право народов России на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства».

Декларация прав народов России, 2(15) ноября 1917 г.

 

«Союз Советских Социалистических Республик — единое союзное многонациональное государство, образованное на основе принципа социалистического федерализма, в результате свободного самоопределения наций и добровольного объединения равноправных Советских Социалистических Республик… За каждой союзной республикой сохраняется право свободного выхода из СССР».

Конституция СССР, 7 октября 1977 г.

 

«Развивать дружественные отношения между нациями на основе уважения принципа равноправия и самоопределения народов, а также принимать другие соответствующие меры для укрепления всеобщего мира».

Устав ООН, г. Сан-Франциско, 26 июня 1945 г.


Институт развития прессы 2010 © FinS.ru