Статьи

Глаз за газ


Первый звоночек новогодне-рождественских праздников

В конце декабря — начале января в воздухе чрезвычайно сильно пахло углеводородами. С одной стороны, нам вроде не привыкать — второй год так, с другой — ситуация вышла кардинально иной.

Все началось с того, что неожиданно умер Туркменбаши. Можно много говорить о гражданских правах в Туркмении, но его харизма позволяла развивать эту страну, и страна действительно становилась все краше и краше, а добыча газа и нефти росла и росла.

Мне довелось увидеть Сапармурата Ниязова за полтора месяца до его кончины — он совершенно не казался смертельно больным, а потому те подозрения, которые зародились у политологов, журналистов и политиков, вполне не беспочвенны.

В конце концов, если сам Ниязов более года назад уничтожил своего лучшего менеджера, поднимавшего экономику страны и привлекавшего иностранные инвестиции, — вице-премьера Йоллы Гурбанмурадова, то почему то же самое не могли сделать и с ним те, кто захотел сам порулить задвижками. И это была первая угроза. Вторая была рождена собственной глупостью и нежеланием отделять государственные интересы от интересов хозяйствующих субъектов. Уверен, что произошедшее в новогодне-рождественские праздники окажется лишь первым звоночком. Главное, чтобы звоночек не превратился в колокол.

Если по порядку, то история-то всем хорошо известная: Газпром решил повысить цену на газ для страны, с которой у нас есть некий общий парламент, некий общий бюджет и программа «союзный телевизор», то есть для Белоруссии.

Потренировавшись на Украине вплоть до кратковременного отключения, в результате которого поседели многие представители западноевропейского энергетического истеблишмента, Газпром решил и в новом году порадовать россиян увеличением доходной части своего бюджета. И надо сказать, это ему удалось, судя по бегущей строке во время передачи «Первый дома». В этот момент там, на Наметкина, их было явно больше чем один, и с трудом, но соглашение удалось подписать, о чем вся страна и узнала.

То есть узнали, конечно, две страны. Подозреваю, что Белоруссия — с чувством горечи.

Как мы уже сказали, последнее время, с того самого момента, когда не состоялось приснопамятное заседание правительства по реформе Газпрома, Газпром становится лицом России, а Россия, в свою очередь, своей главной задачей видит отстаивание интересов Газпрома. Это, безусловно, хорошо, так как позволяет консолидировать все ресурсы для получения максимальной прибыли от продажи газа, и все последующие шаги государства, связанные с Украиной, СЕГ, Штокманским месторождением, Сахалином-2, законом об экспорте газа, показали, что усилия государства действительно приводят к позитивным результатам. Все это было хорошо до тех пор, пока контрагенты были не просто адекватны, но и не могли особо чем-то ответить. Даже в борьбе за украинскую маржу мы уповали на обходные пути через Белоруссию. И тут мы решили вдруг ударить и по обходным путям.

А там Александр Григорьевич Лукашенко. И это оказалось второй угрозой.

Лукашенко сложный политик, но никто никогда не называл его дураком. Он человек расчетливый, хитрый, осторожный и мстительный. Попав под давление России по вопросу повышения цены на газ, он сопротивлялся, как мог, обеспечив, по крайней мере, независимую оценку своих газотранспортных сетей. И уже тогда было понятно, что белорусы будут сражаться за каждую копейку.

А газ белорусам ой как нужен. Во-первых, весь топливный баланс страны ориентирован на газ. Во-вторых, газохимия, сконцентрированная в Гродно, — это также существенный довесок к национальному бюджету, тем более что в отличие от российских газохимических предприятий гродненский «АЗОТ» намного ближе к границам, а стало быть, при равенстве цен на сырье с российскими коллегами более конкурентен.

Потеря российского уровня цен однозначно разоряет гродненских газохимиков. А этого Лукашенко позволить не может. Конечно, уступка в пять долларов — это лишь барский жест Газпрома, сделанный, неверное, за полчаса до боя курантов: ну надо же было как-то ускорить процесс. Не исключаю, что этот жест еще больше оскорбил президента доселе братской страны. И он почувствовал себя Эдмоном Дантесом.

Вендетта не заставила себя долго ждать. Удар был нанесен по нефтяным компаниям.

Можно много кричать о том, что это отдельные хозяйствующие субъекты, но белорусам этого уже не объяснишь: если за Газпром билась Россия, то попадет от белорусов любым представителям России.

Умиляет размер пошлины — 45 долларов за баррель. При цене в Роттердаме 55 долларов за баррель и стоимости транспортировки около 120 долларов за тонну, да если НДПИ вычесть, российские нефтяные компании останутся еще должны.

Крики МЭРТа о незаконности, неправомочности… кому мы кричим?! Якобы ввели задним числом, а что, никто не помнит, как в России вводили таможенные пошлины задним числом? И что можно сделать против Белоруссии? Не покупать у нее картошку? Отказаться от «БелАЗов», «МАЗов»? Вывести свои базы и системы ПРО?

Это все невозможно.

ГОКи не могут отказаться от закупок «БелАЗов» и перейти на «Камацу» и «Катерпиллары», потому что они в полтора-два раза дешевле (в том числе и за счет российской цены на газ: ничего, конечно, просто так не бывает) и, кроме того, быстро зарубежные компании не закроют потребности наших заказчиков. Развернуть же производство таких машин в России — история долгая. Мы как-то в 1998 году собирались это сделать на «Уралмаше», но, все проанализировав, поняли, что меньше трех лет это не займет. И плюс ко всему большие инвестиции. При этом не стоит забывать, что львиная доля смежников «БелАЗа» расположена в России. Отказавшись от закупок тяжелых грузовиков, Россия нанесет удар по своим.

Вывод ПРО? Тоже недешевое удовольствие. И к тому же, все дальше и дальше станции слежения отступают к Москве. Может, тогда довольствоваться Подмосковьем? И хватит.

И самый главный вопрос — что с нефтью-то? Как теперь ее экспортировать? Литва, Латвия, Эстония — вот оставшиеся маршруты, ну и Мурманск с Архангельском. Но эти пути отнюдь не дешевы. Наши бывшие прибалтийские республики, хоть и абсолютно надежные партнеры, но недешевые — за транзит и перевалку тоже берут немалые деньги, хотя и не по-белорусски. В любом случае это морские пути, которые зависят и от загрузки портов, и от инфраструктуры, которая работает уже близко к пределу, а Мурманск с Архангельском — это еще и тяжелые погодные условия Баренцева моря.

Остается Украина. Но где уверенность, что они не воспользуются ситуацией и также не увеличат цены за транзит? Мы уже в столько колодцев наплевали.

Конечно, несладко придется и самой Белоруссии. Если угрозы Лукашенко реальны, а скорее всего, он не шутит, то Мозырьский НПЗ останется без нефти. С одной стороны, он находится на территории Белоруссии и на нем работают белорусские граждане, а с другой — управляется он Славнефтью, которая, в свою очередь, на паритетной основе управляется ТНК-ВР и Газпромнефтью, то есть «дочкой» ненавидимого Лукашенко Газпрома. И это уже месть точечная.

Самое страшное, если ответом на выпад Белоруссии будут решения на государственном уровне, вплоть до разрыва всяческих отношений. Этого не простят ни белорусы, ни россияне. Новогодние праздники практически похоронили идею союзного государства, которая долгие годы оставалась действительно только призрачной, сказочной идеей. Но она грела и была люба многим и у нас в стране, и там, ближе к Бугу.

А впереди нас ждет очень серьезная энергетическая война. Боюсь, что западноевропейцы уже поняли, что с востока в один прекрасный день можно будет не дождаться ни нефти, ни газа. Уверен, что энергетическая дорожная карта Европы сегодня ориентирована на обходные пути, в числе которых и развитие альтернативных источников энергии (водородная, термоядерная, атомная, энергии ветра и приливов), которое идет семимильными шагами, и поиск альтернативных поставщиков углеводородного сырья.

И здесь борьба за Туркмению обретает принципиальный характер.

Конечно, и Туркменбаши для нас не был подарком. Его ближайшими союзниками были не мы, а Иран и талибы. И с теми, и с другими он дружил из прагматических соображений. С Ираном обсуждались вопросы свопа газа: туркменским газифицировался Северный Иран, а с месторождений Южного Парса газ от имени Туркмении должен был идти внешним потребителям. С талибами — газопровод в Индию. Талибов нет, но вопрос остался. Как известно, Пакистан уже дал согласие на строительство газопровода через его территорию в Индию. Источниками газа смогут стать и Ашхабад, и Тегеран. В этом случае Россия легко лишится перспективных 50 миллиардов кубических метров газа в год, ибо Индия и не такие объемы сможет потребить.

Есть еще вариант — Каспийский трубопровод, который, с согласия Азербайджана, Туркмения сможет проложить по дну моря. С учетом того, что Россия опять-таки умудрилась обидеть акционеров Каспийского трубопроводного консорциума, к такому решению газового экспорта легко присоединится и Казахстан. В этом случае Азербайджан, Армения и Грузия окончательно перестают быть потребителями российского газа. Более того, выведенный далее в Турцию «транскаспийский поток» будет вовсю конкурировать с «голубым». А учитывая заявленную пару лет назад ненадежность Турции как партнера — покупателя газа, наличие альтернативного источника придаст турецкой стороне дополнительную самоуверенность на торговых переговорах с Газпромом.

Обострение отношений России и Белоруссии по вопросам поставки газа не сможет не повлиять на принятие европейскими органами решений о предоставлении допуска газпромовских «дочек», «внучек» и «правнучек» к газораспределительным сетям, а это значит, что Газпром так и не получит гарантий стабильных закупок газа. Тем более что Алжир совместно с Ливией и Тунисом продолжают строить новую газовую магистраль в Италию, а Франция, Великобритания, Германия вовсю занялись строительством регазаторов для приема сжиженного природного газа. И не факт, что этот газ они будут покупать со Штокмана.

Да и вообще не факт, что европейцы будут у нас долго покупать газ. Россия поставила на Газпром, но Газпром так может довести Европу, что она в одночасье прекратит закупать у нас газ.

Трудно поверить? Но это очень даже возможно. Через два года Европа будет к этому готова. И что будет тогда? Сколько продержится Россия, которая так и не повернулась лицом к машиностроению, сельскому хозяйству, генетике, информационным технологиям? Год, два?

Уже сегодня очевидно, что, если Белоруссия не отменит пошлины и будет способна сопротивляться государственному нажиму России хотя бы год, — это будет катастрофа, ибо европейские покупатели нефти покупают ее не на скважинах, а на границе с Белоруссией или в Роттердаме. Белорусская засада — это сокращение российского бюджета минимум на 25%. Страшно подумать, что будет, если к блокаде присоединится Украина.

Говорят, как встретишь Новый год, так его и проживешь. Россия встретила его неудачно. С нефтегазовой точки зрения. Хочется пожелать своей стране, чтобы другие точки зрения сгладили эту коллизию и помогли всем нам сделать свою страну диверсифицированнее, безопаснее и дружелюбнее. В Новый год все вспоминают свое детство — время, где есть место сказке и доброте. Помните, в нашем детстве был мультфильм про Крошку Енота, где он пел песенку: «Поделись улыбкою своей, и она к тебе не раз еще вернется». Кажется, мы все забыли слова этой песни. А ведь она о доброте, которая нужна и в межгосударственных отношениях. Поэтому «улыбайтесь, господа, улыбайтесь!!!».

Георгий Кириллов


Институт развития прессы 2010 © FinS.ru